Мы нарываемся на неприятности

admin

Administrator
Команда форума
#1


Депутат Европарламента Катержина Конечна комментирует дело Скрипаля и рассказывает о неприятном опыте после выступления о Красной армии.

Депутат Европейского парламента Катержина Конечна (Kateřina Konečná) от коммунистической партии Чехии и Моравии (KSČM) стала жертвой нападок в социальных сетях после того, как выступила с речью, в которой напомнила о заслугах Красной армии в освобождении Чехословакии. «Солдаты погибли, чтобы мы жили в мире, а мы их не уважаем», —заявила Конечна в интервью Parlamentní Listy.cz.

Parlamentní Listy.cz: В социальной сети Вы написали следующее: «Я не знаю, умеют ли в ЧР производить „Новичок" или нет. Даже если и так, это совершенно ничего не значит. Я не понимаю эту бурю в стакане воды, которую опять раздувают тонущие партии ТОР09, ODS и некоторые чешские журналисты». С другой стороны, президент Милош Земан утверждает, что было бы лицемерием делать вид, что ничего не происходило. Так почему же, по-Вашему, факты о «Новичке» ничего не значат?

Катержина Конечна: Британцы бездоказательно обвинили государство (Россию), из-за чего десятки дипломатов были высланы из стран Европейского Союза — повторюсь, без каких-либо доказательств. В таком контексте вся эта история о том, может ли Чешская Республика производить «Новичок» или нет, как мне кажется, только уводит от сути дела. Главное тут — обвинение без доказательств, которое привело к столь серьезным шагам, как высылка дипломатов. Это плохо.

— Что Вы думаете о том, что президент публично открыл информацию, полученную от спецслужб? По-Вашему, это слишком?

— По-моему, сначала президенту задавали вопросы, и он захотел узнать больше, публично заявив, что потребовал от спецслужб доклада. После этого мне кажется логичным, что президент констатировал факты. Но я не знаю, насколько секретной была эта информация. С другой стороны, я предполагаю, что Земан знает, что делает, и не сообщает информацию, которая не должна дойти до ушей граждан Чешской Республики. Наши химические лаборатории одни из лучших, и логично предположить, что единственный способ оставаться лучшими — работать с опасными веществами в ограниченном режиме. Мы утверждаем (и в мире думают так же), что наши химики — одни из лучших в мире, но вряд ли они всему научились по книжкам.

— Вы сочли серьезной проблемой то, что две спецслужбы одного государства пришли к разным выводам. Якобы это свидетельствует о том, что не все хорошо в нашей сфере безопасности. Как такое вообще могло произойти?

-- Я никогда не работала в спецслужбах, но я знаю законы, регулирующие их деятельность. Мне показалось странным, что одна спецслужба утверждает одно, а другая — другое. Британцы, по-видимому, совершили ошибку, раз даже через два месяца после отравления у них нет весомых доказательств, которые позволили бы обвинить Российскую Федерацию. Тем не менее они продолжают утверждать, что виновники — русские. Мы уже видели, что было после того, как Тони Блэр показал в британском парламенте бутылочку и продемонстрировал химические вещества, которых в Ираке никто так и не нашел. Это унесло жизни десятков тысяч, возможно сотен тысяч человек. Из-за этого был нанесен удар, который мы, чехи, поддержали. И после такого мы еще способны верить британцам, не требуя доказательств, которые пролили бы свет на произошедшее.

Но мы не можем играть в игру, в которой кто-то что-то думает и обвиняет без доказательств. Если мы согласимся на такую игру, то нарвемся на неприятности, когда нам снова захочется кого-нибудь разозлить, или свести счеты, или скрыть собственные проблемы. В Великобритании растет число людей, живущих на грани нищеты. Они находятся в сложной социальной ситуации, нуждаются в жилье. Поэтому когда происходит такое несчастье, как в Лондоне, оно приводит к ранениям и смертям, поскольку никто не контролирует соблюдение противопожарных норм. Мы скрываем все это, развязывая борьбу на международной арене, и мне это кажется безумием. Безумны и заявления чешских политиков, которые ошибаются, не говорят о сути, но их репутация не страдает. Как будто хвост виляет собакой.

— Как Вы относитесь к тому, что если чье-то мнение не совпадает, скажем, с европейским направлением политики, его тут же обвиняют, называя русским агентом, русским пособником, поклонником Путина и прочее?

— У меня есть печальный опыт. Я присутствовала на памятном мероприятии в Треште в области Высочина, где из-за предательства в последние дни войны во дворе тюрьмы были казнены 20 чехов. Когда все праздновали победу и думали, что все уже кончено, погибли два десятка молодых людей. Я выступила там с речью, в которой отметила выдающуюся роль Красной армии и количество красноармейцев, павшими жертвами во Второй мировой войне. Я сказала, что мы не должны забывать о них и брать с них пример. За последние четыре дня из-за этого выступления я получила в Фейсбуке огромное количество посланий с угрозами за то, что я защищаю Красную армию и прочее.

Я говорю правду, и хотя эта правда касается международной ситуации, сложившейся 73 года назад, и сотен тысяч жертв, благодаря которым мы живем в мире, настроения в обществе полны ненависти. Я разочарована, поскольку думала, что в роли Красной армии в освобождении Чехословакии никто сомневаться не может. Русские солдаты погибли, чтобы мы жили в мире, а мы не уважаем их. Неужели мы зашли так далеко, что можем сомневаться в огромном количестве жертв, которые понес Советский Союз, чтобы помочь нам избавиться от Гитлера? Становится понятно, как далеко мы зашли. Нам всем кажется, что мы можем говорить что угодно, ругать и оскорблять всех подряд. Я неделю хожу от памятника к памятнику и везде понимаю, что павшие солдаты были чьими-то сыновьями, мужьями, может, отцами и не вернулись домой. А мы благодаря им живем в мире. Я говорю только правду, но масштаб ненавистнической кампании невообразим. Я впервые удаляю сообщения в Фейсбуке, потому что мне стыдно оставлять такие комментарии у себя на странице. Мне обидно за людей, которые пришли нам помочь. Они ругают армию, без которой бои были бы более жестокими, продолжительными, а возможно, с большим количеством жертв среди мирного населения.

— Мы отмечаем годовщину окончания Второй мировой войны, а также сто лет основания Чехословакии. Как Вы оцениваете эти исторические события в свете происходящего сегодня в мире?

— Апрельская и майская годовщины — для меня всегда повод исследовать свою совесть и задуматься о том, что многие поколения живут в мире и, вероятно, даже не задумываются, за что вынуждены были бороться наши деды и прадеды и в каких условиях. Я бы очень хотела, чтобы все, что произошло за сто лет с момента образования Чехословакии, служило напоминанием и подтверждением нашего умения уважать память. Давайте задумаемся, что у нас миллион человек живет на грани нищеты, в долгах. Есть группы населения, которые живут не так, как заслуживают, потому что ходят на работу и зарабатывают смешные деньги, поэтому не могут заплатить даже за обед для детей. Но при этом нам все равно не приходится каждый день отчаянно бояться за свою жизнь, когда мы просыпаемся. А это уже очень много. Я бы хотела, чтобы мы поняли, что (пусть бои ведутся далеко от нас) война может очень скоро начаться и на территории Европы. Я бы не хотела этого, ведь у меня сын. Я бы хотела, чтобы у него был шанс прожить свою жизнь как минимум без страха за существование. Многие забывают об этом, в том числе, среди политиков.

— В связи с тем, что Вы сказали, что Вы думаете о навешивании ярлыков? В последнее время не только в Чехии, но и по всей Европе все чаще используются такие слова, как экстремист, фашист, нацист, расист. Не обесцениваем ли мы тем самым эти понятия, учитывая, что они значили в истории?

— Происходит серьезное упрощение понятий. Трудно, когда в Твиттере у вас всего 260 знаков для выражения своей мысли. Я вижу это и в других социальных сетях, замечаю, сколько прочтений будет у длинного поста, а сколько — у четырех строчек. Мы научились ускоряться и получать информацию в максимально коротком формате. Одним из последствий является использование ряда понятий, которые, как кажется, все упрощают, но на самом деле, что парадоксально, происходит утрата значения слов. И это должны понять хотя бы политики (если мы хотим, чтобы у нас были политики, занимающиеся чем-то еще, кроме навешивания ярлыков). Проблема глубже, и нельзя просто называть кого-то расистом или фашистом. Обвинения должны быть всегда обоснованными. Этого не должны делать и политики, которые хотят, чтобы им доверяли, то есть они не должны строить из себя популистов и все упрощать. Сегодня все происходит очень быстро, и нам всем это известно.

— Даже об ударе по Сирии Дональд Трамп сообщил в Твиттере? Это нормально?

— Трамп — прекрасный пример того, что все упрощается. В повседневной жизни любой разбирается, а вот международная политика заслуживает продолжительных обсуждений, хотя я понимаю: не у всех есть время и желание читать и следить за событиями. Но упрощение событий на политической арене может угрожать нашему будущему, а упрощенные решения могут стать фатальными для нас всех.
Источник
 

DVK

Administrator
#2
а упрощенные решения могут стать фатальными для нас всех.
Да это становится страшным, когда придурки управляют государствами, причем ложь - это их политическое оружие.
 
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru
Все публикуемые материалы принадлежат их владельцам. Использование материалов сайта приветствуется при наличии активной обратной ссылки на www.worldprotest.ru. Администрация сайта может не разделять точку зрения авторов материалов, которые размещенны на сайте.
Сверху