Психическая и генетическая деградация Запада: история, факты, доказательства

down_usa3 (1).jpg

Любой, кто смеет быть в США оппозиционером, априори псих. Это уже «доказано» американскими учеными. И все эти люди подлежать принудительному лечению самого раннего возраста. Нет, это не московский агитпроп, это новые достижения западной науки.

Деградация, которую мы сейчас наблюдаем в западном мире, стала неизбежной еще до того, как там осознали всю глубину проблемы. И жаловаться сегодня уже поздно. Запад слишком увлекся своими играми и теперь он обречен. Да будет некий иной «запад», но уже точно не такой как был.

При этом очень странно наблюдать, как этот, приговоривший себя Запад, учит жить других. А еще более странно смотреть, как эти другие хотят перенять семена разрушения и внедрить себе.

Карательная психиатрия США

Американские психиатры (в отличие от наших) давно включили активные протесты против власти в перечень девиантных проявлений, требующих выявления и принудительного лечения еще в детстве. Низкую протестность в США (в отличие от Европы) объясняют как раз тем, что оппозиционеров фиксируют ещё в детстве и начинают лечить в дурдоме. Всего же склонность к борьбе против власти имеют 3-5% людей.

В 2009 году американский журнал Psychiatric Times вышел со статьёй «ADHD & ODD: Confronting the Challenges of Disruptive Behavior» (Вызывающее оппозиционное расстройство и синдром дефицита внимания с гиперактивностью: борьба с вызовами агрессивного поведения). В ней психиатры рапортовали о новых методах «лечения оппозиции». Эта статья дала повод многим психиатрам США снова вернуться к проблеме «протестного поведения», а также пересмотру такого диагноза, особенно актуального в рамках либерализации социально-политических отношений, проводимых президентом Обамой.

Но это временное явление, которое в США быстро ликвидируют на фоне нового витка русофобской истерии.

34lmhx6iO8YiZNXD0yrf4C8csn07ojAMVsQmIDJR1oHOQ136QVWjwpAVYnhnoiPm0gAoxGMgQIbxnxvOUkd_F3QTnECGsW...jpg

Предваряя возможные аналогии с СССР, вынужден разочаровать. За все годы существования Союза в психушки угодило не более сотни "протестантов". И абсолютно все - в зрелом возрасте по факту освидетельствования после протестов. Давайте скажем прямо - если некто прибивает свою мошонку к брусчатке, с головой у него и правда беда. Но в России таких принудительно не лечат. В отличие от США.

Вот с чего начиналась статья в Psychiatric Times: "Нарушение поведения является наиболее распространенной проблемой психического здоровья, наблюдаемой детскими врачами. Хотя расстройством дефицита внимания/гиперактивности (ADHD) и оппозиционным вызывающим расстройством (ODD) считаются расстройства, связанные с нарушением поведения, и хотя около половины детей с СДВГ также отвечают диагностическим критериям ОДД, эти расстройства различны, имеют различную этиологию и требуются различные виды лечения.

Вызывающее оппозиционное расстройство в статье определялось как «модель негативистского, враждебного и демонстративного поведения без серьезного посягательства на основные права других людей, которое проявляется в поведенческих расстройствах». Среди симптомов этого заболевания «частый вызов или отказ выполнять просьбы и правила взрослых», а также «частые споры со взрослыми».

{C}{C}Исследования показали, что детей с таким симптомом насчитывается 3-5%, взрослых – 4% (с тенденцией понижения численности к старости).12-15 миллионов для США - это много. Отсюда и превентивные меры.

Американский доктор философии и психиатр Брюс Левин не так давно подробно разобрал, что кроется за диагнозом ADHD & ODD. Он упоминает, что за время своей длительной практики сталкивался с сотнями якобы «больных»:

- Меня удивило, как много среди них людей, настроенных против авторитарной власти. "Больные" ставят под сомнение легитимность любой власти, прежде чем воспринимать её всерьез. Нормальность власти определяется ими так: знает или нет эта власть то, о чем она говорит, честна ли она, заботится ли она о людях, которые уважают власть. И если «больные» видят, что на эти вопросы даются ответы «нет», они начинают ей сопротивляться.

34lmhx6iO8YiZNXD0yrf4C8csn07ojAMVsQmIDJR1oHOQ136QVWjwpAVYnhnoiPm0gAoxGMgQIbxnxvOUkd_F3QTnECGsW...jpg
Так в России теоретически здоровые боролись за развал СССР.

Чтобы совсем наглядно представлять, кто такой "оппозиционный больной", можно вспомнить книгу и фильм "Пролетая над гнездом кукушки". Там персонаж Рэндл Патрик Макмерфи, восстающий против Системы (в лице медсесеры и в целом дурдома) по американским психиатрическим меркам - типичный оппозиционер.

«Некоторые активисты жалуются, что таких оппозиционеров мало в США. Одна из причин этого состоит в том, что многих естественных противников власти в настоящее время определяют на лечение к психопатологам, и назначают им лекарства ещё до того, как у них появится политическое осознание и представление о гнёте властей над обществом», - пишет Левин.

Очень большую роль играют родители – большинство из них своевременно рассматривают в ребёнке оппозиционера, и отправляют его на лечение к психиатрам.

В лечении оппозиционеров надо идти до конца, напоминает Левин. Он припоминает много случаев, когда излечение останавливалось на полпути. «У таких людей была тревога, что неуважение к власти приведет их к финансовой или социальной маргинализации. Одновременно они страдали, что приходится уступать авторитарной власти», - сокрушается психиатр.
{C}{C}
Излечение оппозиционеров проводится с помощью таких лекарства, как Аддерал и Ксанакс. Но примерно 30% больных так и не поддаются лечению. В общей сложности это примерно 1,5% от взрослого населения (среди них преобладают мужчины – примерно 1,2% от числа населения). Брюс Левин говорит, что есть способы и их отвлечь от борьбы против власти – это творчество. Ещё один способ – уже в детском возрасте платить им за какую-либо домашнюю работу или даже за чтение Библии. Деньги и индивидуальное творчество – вот две ниши, с помощью которых «больных» можно отвлечь от оппозиционной деятельности.

Впрочем, напоминает Левин, такие «больные» на переломных этапах истории принесли много хорошего Америке: это и отцы-основатели США (которых сегодня стали бы лечить Ксанаксом) и общественные деятели конца 1960-х. Т.е. в определённых, регулируемых сверху количествах такие люди нужны (плохо – когда их много). «Американцам крайне нужны антиавторитарные властеборцы, которые будут ставить под сомнение, бросать вызов и оказывать сопротивление нелегитимным властям и восстанавливать веру», - резюмирует Левин.

34lmhx6iO8YiZNXD0yrf4C8csn07ojAMVsQmIDJR1oHOQ136QVWjwpAVYnhnoiPm0gAoxGMgQIbxnxvOUkd_F3QTnECGsW...jpg
Стоит добавить, что в СССР в 1960-80-е годы психиатры ставили оппозиционерам диагноз «вялотекущая шизофрения», чуть реже – «гебоидное расстройство» (обычно – у молодёжи).

Впрочем, по прошествии времени оказывалось, что зачастую советские врачи были правы. Многим советским диссидентам, на Западе позднее подтверждали советские диагнозы. Вот ряд таких примеров:

«Есенин-Вольпин после выезда из СССР подвергался лечению в психиатрической больнице Рима. Когда же по выходе из этой больницы он подал ходатайство о выезде на жительство в США, у него возникли трудности в связи с тем, что американский иммиграционный закон не допускает въезда в страну умалишённых. Цукерман, приехав в Тель-Авив, снова попал в психиатрическую больницу.

Титов по выезде за границу лечился сначала в итальянской, затем в парижской психиатрической больнице. Якобсон находился на излечении в психиатрической больнице в Израиле. Файнберг лечился в психиатрической больнице в Париже. Строева лечилась там же, а после выхода из психиатрической больницы в новом припадке душевной болезни покончила с собой».

Должен заметить, что совертская психиатрия вовсе не была однобокой в оценке шизофреников. Один из дедов, Борис, был военврачом, капитаном, начинал еще с Финской. Вся послевоенная работа, десятки лет, признание и звания - на поприще психиатрии. Очень многие его больные с диагнозом вялотекущая шизофрения госпитализировались лишь в периоды обострений, которые он определял мастерски. И долгие годы после его смерти к нам домой ходил один из его пациентов, считавший себя родственником деда. В конце голодных 80-х - начале 90-х мы его подкармливали. В больницах тогда практически не кормили, а психушка от нас в четверти часа пешком.

Он с удовольствием выставивал многочасовые очереди в магазинах, ему спокойно давали деньги и талоны. Человек получал массу удовольствия, рассказывая в очередях удивительно подробные и красочные истории из своей жизни - как он работал шофером у Сталина или помощником Молотова. Поймать его на противоречиях было невозможно, если не знать годами и не прослушать сотни взаимоисключающих историй.

Так что как раз у советской психиатрии отношение к шизофреникам и девиантам было не в пример более профессиональное, чем у их американских коллег. Сохранится ли оно в капиталистической России? Пока нет, наоборот. Требующие лечения редко попадают в стационары, а оппозиционеров предпочитают и вовсе не трогать, ограничиваясь психиатрической экспертизой для последующего суда. Но и это все же много лучше. чем залечивание детей с младших классов школы.

Честно говоря, я прекрасно понимаю американских политиков, желающих построить новый железный занавес. Ведь в СССР идеализировали Запада и США прежде всего. Сегодня же обилие фактов и личный опыт знакомства с реалиями жизни "ТАМ" приводит к разочарованию и быстро преумножает число умных, опытных и сознательных противников как западных ценностей, так и американского образа жизни, и методов правления ("лечения", обучения и т.д).

СПРАВКА Девиантность — это социологический термин, который определяет поведение человека отклоняющегося от общепринятых социальных стандартов. Данный термин можно описать как неисполнение социальных норм. Но не всегда девиантное поведение нужно считать преступным.

Девиантами являются и люди, страдающие психическими расстройствами. В разных обществах существует общий, определенный перечень норм и ценностей для всех людей. Те, кто отклоняются или отходят от данного «списка норм», считаются девиантными.

Хотя поставить окончательный «диагноз» человеку относительно не просто, а в детсве практически невозможно. Также отклонения от общепринятых норм не всегда нужно считать чем-то отрицательным. Между прочим, поведение абсолютно всех ЛГБТ-активистов, сексуальных извращенцев и даже феминисток изначально в каждом обществе относились к абсолютно девиантным минимум, а часто просто преступным. Еще 80 лет назад в Британии феминисток сажали.

Сексуальное разложение Запада было запрограмированно

241618929.jpg

Общественные порядки Америки и Запада в целом, разлагаются. Мы избрали в президенты балаганщика, самоуверенного подобно безумному римскому императору. Леди Гага поразила 117-миллионную публику «Супербоул» (Super Bowl). Подобные персонажи — карикатуры нашего времени.

Питирим Сорокин (1889-1968) предвидел это разложение и предсказал, что оно зайдет куда дальше, чем ожидал тогдашний Запад. Сорокин, основавший факультет социологии Гарварда в 1930, обрисовал условия, в которых успешное общество может распасться и столкнуться с «разложением его моральных, легальных и прочих ценностей, которые управляют поведением личностей и групп». Хотя он жил задолго до сегодняшнего дня.

Сорокин отмечал, что у многих было «смутное чувство, что дело не только в „богатстве", „демократии" и „капитализме"» — иными словами, материях, находящихся в области политики. «Организм западного общества и культуры проходит через один из глубочайших кризисов в своей истории. Этот кризис куда значительнее обычного — его степень необъятна, время его окончания неизвестно, и он охватил все западное общество», написал Сорокин в «Социальной и культурной динамике» (Social and Cultural Dynamics), его шедевре 1937 года, темы которого он развил в дальнейших томах, книгах и статьях.

Сорокин предсказал, что искусство и развлечения превратятся в шоу, а то, что некогда было объектом поклонения, станет товаром: «Микеланджело и Рембрандты будут украшать мыло и бритвы, стиральные машины и бутылки виски». Антрополога Маргарет Мид (Margaret Mead), написавшую «Взросление на Самоа» (Coming of Age in Samoa, 1928), он считал сексуально озабоченной барыгой.

Сорокин понимал, как работают общества и культуры. Из его нового факультета в Гарварде вышло много заметных социологов 20 века, включая Толкотта Парсонса (Talcott Parsons), Чарльза Тилли (Charles Tilly) и Роберта Мертона (Robert Merton).

Сорокин обладал твердым характером. В 1917 он был секретарем Александра Керенского перед Октябрьской революцией. Традиционалист, не слишком озабоченный вопросами равенства, он оставался ярым противником Советского Союза. В Гарварде он провел почти четыре десятилетия в качестве одинокого, горького корифея, чье поле деятельности все сильнее отдалялось от его взглядов.

Несмотря на это, в 1965 году он был избран в президенты Американской социологической ассоциациии. Два года спустя, на фоне возрастающего общественного напряжения, футурист Герман Кан (Herman Kahn) и высокопоставленная комиссия в Гудзонском институте воспользовались моделью чувственного общества Сорокина при написании известного исследования, озаглавленного «Двухтысячный год» (The Year 2000).

Кан пишет, что Соединенные Штаты столкнулись со слабиной в обществе, когда движения за гражданские права и контркультурные объединения перевернули американские ценности с ног на голову. «Некоторые считают, что если существенная часть общества становится в значительной мере чувственной, общество перестает быть управляемым», — предупреждал тогда Кан. Кан и Сорокин понимали, что технологии могут ускорить формирования подобного неуправляемого общества.

Обращаясь как к социал-консерваторам, так и к последователям Нью Эйдж течений (Сорокин считал йогу средством для взаимодействия между духом и разумом), он привлек внимание Альберта Эйнштейна, Герберта Гувера и Джона Кеннеди. Сорокин обладал внушительной способностью к прогнозам, и это заметили его современники. Когда он скончался в 1968, он был известной и уважаемой личностью, а о его взглядах много писали и размышляли.

Сорокин отверг обе общепринятые теории истории — как мнение о «линейности» исторического прогресса, так и теорию Освальда Шпенглера, изложенную им в «Закате Европы».

За хаосом последует катарсис, утверждал Сорокин.

В чувственных обществах реальность приземлена. Законы и обычаи сотворены человеком, а не Богом — они порождены обществом, а потому текучи. Такие общества считают человека мерой всех вещей. Наибольшее значение имеют богатство, комфорт, власть, слава и развлечения. Два взрослых человека могут делать все что угодно по взаимному согласию; брак — договор, который может быть расторгнут по желанию сторон.

Чувственные общества ценят мирское, познаваемое и новое. Их достижения впечатляющи и наглядны — небоскребы, авиация, ядерная энергия и микротехнологии. Однако правительство, образование, промышленность, технологии и финансовая система зависят от сложных систем, логистики, экспертов и правил, которые позволяют им поддерживать свою функциональность. Только так накопленное богатство и с трудом достигнутые успехи могут быть сохранены. Подобные масштаб и сложность приводят к хрупкости и недостаточной гибкости институтов. Внешние факторы — например, вероятность изменения климата — реют над ними в качестве устрашающих черных лебедей.

На пике теории Сорокина располагаются идеалистические или интегрированные общества, где мирское и трансцендентное питают друг друга. В качестве примера Сорокин приводил Грецию пятого века и Европу тринадцатого, индийский браминизм и творческие гении Моцарта и Бетховена. Сорокин провел последние 20 лет своей жизни, проповедуя эстетику подобных обществ посредством независимого центра в Гарварде, существовавшего на средства Элай Лилли (Eli Lilly), основателя фармацевтической компании и друга Сорокина.

Сорокин считал, что по мере распада чувственных обществ агрессивные индивидуализм и свободолюбие подорвут самоконтроль и предприимчивость (Дэниел Белл провел яркий анализ этого тезиса в своей книге, изданной в 1976 под названием «Культурные противоречия капитализма»). Стремление к новым ощущениям и удовольствиям оказывается ненасытным. Правила и традиции выглядят произвольными — чем-то, что следует высмеивать и оспаривать, а не почитать, поскольку они препятствуют самовыражению. Скука подкармливает беспорядки и экстремизм. Становятся дозволенными занятия, ранее считавшиеся постыдными, преступными или безумными.

В такие эпохи — Сорокин приводил в пример Рим третьего века и Запад двадцатогообщества переживают рост войн, преступности и распущенности. Роскошь и вседозволенность подливают масла в огонь. Когда растет хаос, правительства пользуются им, чтобы увеличить свой контроль над обществом под предлогом чрезвычайных обстоятельств.Чиновники обращаются к насилию и лжи. Равноправие и общественная несправедливость делаются предлогом для применения насилия. В итоге личная свобода оказывается ограниченной, правила становятся более жесткими, а демократические институты и конституция слабеют.

Что же сопутствует этому процессу? Общественность перестает быть предприимчивой и переходит от социальной гармонии к эгоизму, делаясь нарциссической.Освободившись от моральных и легальных сдержек, политическое общество высвобождает «человеческое животное, руководствующееся в основном своими биологическими порывами, страстями и похотью». Отдельные личности сопротивляются происходящему, однако остальные сдаются, парализованные страхом или уставшие от борьбы. Растут и множатся самоубийства, преступность и душевные болезни. Иудеохристианская религия, которую большинство считает осколком прошлого, превращается в политическую силу и лишает заблудших божественного наставления.

Критика частной жизни Сорокина начинается с распада семьи. «Разводы и расставания будут расти, пока не исчезнет сколько-то значимое отличие между одобренным обществом браком и запретными половыми отношениями», — предсказал он в «Социальной и культурной динамике». Рожденные вне брака и оторванные от родителей дети станут обычным делом.

В 1950-х он предсказал грядущую сексуальную анархию на Западе и ее отрицательные последствия. Широко известное исследование Альфреда Кинси, недавно основанный журнал Playboy с его откровенно плотской привлекательностью, и помешательство на Элвисе Пресли, распространившееся среди подростков, бешеный успех Peyton Place, оды критиков «Кошке на раскаленной крыше» Теннеси Уильямса и «Лолита» Владимира Набокова" — все они были частью большой мозаики середины века. В 1957 Сорокин ядовито написал, что «американцы стали жертвой сексуального помешательства, подобного раку и столь же опасного для общества, сколь и коммунизм».

Явление, восход которого застал Сорокин, нынче достигло своего пика. Шок и провокации срывают кассу. Порнография на любой вкус находится на расстоянии щелчка мыши. Секс без обязательств стал обыденностью. Десять или двадцать сексуальных ориентаций борются за место в центре внимания — неважно, насколько они настоящие. Надежды и мечты преследуются независимо от того, достижимы они или нет. Стремление к удовольствию — то, что Нил Постман назвал «развлечением до смерти» — превратилось в неизлечимую общественную болезнь. На Западе брак потерял свою привлекательность. Идея семьи постоянно меняется, что привело к общественным условиям, в которых сорок процентов американских детей рождено вне брака. Многочисленные сексуальные ориентации получили легальные права и общественные симпатии, беспрецедентные в истории человечества.

Индульгенция чувственной культуры — «делай то, что тебе нравится» — превратилась в ее религию. Факты, разум, логика лишились своего авторитета, даже среди академиков. Несмотря на потрясающее благосостояние и изобилие,шестая часть американцев старше пятнадцати принимает антидепрессанты. Остальные обращаются к виски, марихуане, опиоидам и прочим одурманивающим веществам. Представители поздней чувственной культуры не слишком психологически уравновешены, что затрудняет управление обществом. Совет Сорокина для запутавшихся и обеспокоенных людей, столкнувшихся с кризисом общества — сосредоточиться на вечном и заняться духовной работой. Посадить сад. Выйти на прогулку. Уважать природу. Попробовать йогу. Выключить телевизор и поговорить с окружающими.

Спустя пятьдесят с лишним лет этот совет столь же разумен. «Лишь сила освобожденной любви… может предотвратить грядущую гибель людей по всей планете от рук человеческих, — провозгласил Сорокин. — Без любви никакое оружие, никакие войны, дипломатические изыски, всемогущая полиция, образование, экономические или политические меры, даже водородные бомбы не смогут предотвратить наступающей катастрофы». Сегодня проповедь альтруизма и универсальных ценностей Сорокина может показаться чересчур наивной. Однако этот человек с трудным характером и чуткой интуицией, его меткие предостережения, исследования социальной динамики и суровое милосердие помогают осмыслить многое из происходящего сегодня.

Мужчины США деградируют

5629e60661226.jpg

В США происходит настоящий кризис мужского пола, сообщил телеканал Fox News. Тоже мне, открыли Америку!

На днях я писал о русском социологе Питириме Сорокине, под которого открыли кафедру социологии в Гарварде (Сексуальное разложение Запада было запрограммированно). Чем думали большевики, избавляясь от таких людей, разговор отдельный, но факт остаётся фактом - уже в 30-х годах прошлого века Сорокин писал о деградации населения США, об извращенных ценностях, которые ведут к деградации. При этом Сорокин был ярым противником СССР и никак не может быть причислен к "агентам Кремля".

«Организм западного общества и культуры проходит через один из глубочайших кризисов в своей истории. Этот кризис куда значительнее обычного — его степень необъятна, время его окончания неизвестно, и он охватил все западное общество» (П.Сорокин, 1937 год).

12f17c8c8496835d639705a10cc9c49f.jpgza8suHwHoPvAXiSFjDjcUjLQbicnv0kIv-J6s_BX2eruVpc8ACLUsBwz9zSW5LcQmKXtTJZTkC9BmxUEB042RXIkQjDdH4...jpg

В США и на Западе в целом на предостережения Сорокина наплевали и продолжили внедрять свои ценности. Легализация наркотиков, педерастии, ЛГБТ и всякие 3-и, 4-е и 5-е полы, женщины-тяжелоатлеты и всякое гендерное равенство, транссвеститы в армии...

Как бы не впервые американские масс-медиа посмели открыто заговорить о деградации и вырождении мужчин в США. И не просто "поговорить", а с конкретными цифрами. В рамках новой программы канал привел статистику, которая говорит о том, что представители «сильного пола» начали во всем уступать женщинам, и даже претерпевают физиологические изменения –– упадок тестостерона.

А теперь — мужчины

Журналистов обеспокоил тот факт, что в США наблюдается высокий уровень суицида среди мужчин средних лет, а молодые люди демонстрируют низкие результаты в учебе, увлекаются видеоиграми, алкоголем, наркотиками, нарушают закон и устраивают массовые расстрелы.

Также в отличие от женщин американские мужчины живут в среднем на пять лет меньше.

«В Нью-Гэмпшире — одном из штатов, которые сильнее всего пострадали от опиоидного кризиса, — 73% людей, скончавшихся от передозировки, были мужчинами. 77% всех самоубийц в Америке — это мужчины. Больше 90% заключённых — мужчины», –– привел данные статистики ведущий программы Такер Карлсон.

Больше всего пугают физиологические изменения мужчин.

«Количество сперматозоидов в эякуляте, резко сократился — почти на 60% ниже, чем в 70-е годы, и учёные не понимают почему. Уровень тестостерона у мужчин также резко упал. У среднестатистического 40-летнего мужчины в 2017 году уровень тестостерона ниже на 30%, чем был у среднестатистического 40-летнего мужчины в 1987-м», –– рассказывает Карлсон.

При этом телеканал отмечает, что в американском обществе по-прежнему говорят о проблемах женщин, и никто не обращает внимания на критические изменения с мужчинами.

Сорокин предсказал, что искусство и развлечения превратятся в шоу, а то, что некогда было объектом поклонения, станет товаром: «Микеланджело и Рембрандты будут украшать мыло и бритвы, стиральные машины и бутылки виски».

"... учёные не понимают почему". Понимают, наверняка понимают. Просто к рамках принятой на Западе парадигмы не смеют сказать прямо. Мужчины западных стран перестают выполнять мужские функции. Фактически, им прямо запрещено защищать женщин, они ничем от женщин не отличаются в своих правах и обязанностях. С рождения им вдалбливают, что они не сильный пол, они вообще не пол.

В 1957 Сорокин ядовито написал, что «американцы стали жертвой сексуального помешательства, подобного раку и столь же опасного для общества, сколь и коммунизм».

Сексуальное помешательство тех лет плавно перетекло в нынешнее уравнение всех - от коз до мужчин. Зачем мужчине тестостерон, если функционально он не нужен и даже вреден, так как подталкивает мужчину быть отцом семейства, защитником, да просто мужчиной?

Вот и снижается уровень тестостерона. Зато пьянство, наркомания и нервные срывы растут как на дрожжах. Природные качествва подавляются внешним воздействием, вступают в противоречие с навязываемым обществом местом и поведением.

Ещё одно поколение, и не озабоченные подобными извращениями миллионы мусульман из Азии и Африки просто подомнут под себя общества, утратившие навыки самосохранения. Ведь принцип "выживает сильнейший" никто не отменял. А сила вовсе не в количестве танков и беспилотников. Сила - в людях.

И эту силу, как видно из материалов выше, те же США утрачивают.

И очень быстро.

Фейковые новости в твиттере распространились быстрее настоящих

Фальшивая информация и слухи распространяются в твиттере быстрее реальных новостей.

c61905d310f1a1378fc8f74ab5e7e4f6.jpg

К такому выводу ученые пришли, проанализировав записи 3 миллионов пользователей за все время существования социальной сети, сообщается в статье в журнале Science.

В последние годы исследователи все чаще обсуждают проблему распространения «липовых» новостей, так как они влияют не только на политику, но и на экономику стран. Так, ложное сообщение о взрыве в Белом доме и ранении президента США Барака Обамы привело к падению фондового рынка на 140 пунктов. Появление социальных сетей облегчило и ускорило обмен информацией между пользователями, однако как они влияют на распространение фальшивых историй, ученым почти неизвестно.

Чтобы выяснить это, группа социологов под руководством Соруша Восуги (Soroush Vosoughi) из Массачусетского технологического института проанализировала более 126 000 новостей на английском языке, опубликованных в твиттере с 2006 по 2017 год. В общей сложности, исследователи изучили более 4,5 миллионов записей, опубликованных 3 миллионами реальных пользователей. Ученые классифицировали новости как ложные, опираясь на информацию от шести независимых организаций, занимающихся проверкой данных.

Ожидаемо, самой популярной темой для слухов оказалась политика. Вслед за ней шли городские легенды, бизнеc, терроризм, наука, развлечения и природные катастрофы. Когда исследователи проанализировали динамику распространения новостей, оказалось, что ложные истории и слухи распространяются гораздо быстрее реальных. Кроме того, пользователи видят их чаще: в среднем, достоверную информацию видит не более 1000 человек, в то время как «липовые» новости получают охват от 1 до 100 тысяч читателей. При этом последние, как правило, оказывались более «свежими».

Также выяснилось, что люди сами способствуют распространению фальшивой информации, так как они заметно чаще ретвитят ее. Зато боты, вопреки популярному мнению, одинаково ускоряют распространение в твиттере и лживых, и правдивых историй. При этом фейковые новости чаще вызывают у пользователей страх, отвращение и удивление, в то время реальные истории — печаль, радость, предвкушение и доверие.

После случая с ложными новостями про Барака Обаму, исследователи разработали алгоритм для раннего обнаружения слухов в твиттере. Метод его работы основан на отлавливании первоначальной волны скептической реакции пользователей на противоречивую информацию.
Кристина Уласович

Книги опасны! Хорошие книги опасны вдвойне

241675075.jpg

Студенты многих университетов по всему миру утверждают, что чтение книг может привести их к депрессии, морально травмировать или даже довести до суицида. Например, роман Вирджинии Вульф «Миссис Дэллоуэй» (1925), в котором упоминается суицид, может вызвать аналогичные мысли у людей, склонных к самоповреждению. Другие настаивают на том, что роман «Великий Гэтсби» Фрэнсиса Скотта Фицджеральда (1925) со вскользь упоминаемым в нем домашним насилием может спровоцировать болезненные воспоминания у жертв. Даже классические древние тексты, как утверждают студенты, могут быть опасны: в колумбийском университете Нью-Йорка активисты потребовали добавить предупреждение к «Метаморфозам» Овидия, ведь «яркие изображения сексуального насилия» могут спровоцировать чувство незащищенности и уязвимости среди некоторых магистрантов.

Возможно, это первый в истории прецедент, когда молодые читатели требуют, чтобы их защитили от пагубного влияния текстов из учебной программы, хотя чтение считалось угрозой психическому здоровью на протяжении нескольких тысяч лет. Соответствуя патерналистскому духу древней Греции, Сократ заявлял, что большинство людей не должны самостоятельно разбирать письменные тексты. Он боялся, что без мудрого совета чтение может спровоцировать у многих — особенно необразованных людей — чувство смятения и моральной дезориентации. В диалоге Платона «Федр», написанном в 360 году до н. э., Сократ опасается, что безоговорочное доверие всему написанному ослабит память людей и, в конце концов, вовсе лишит их способности к запоминанию. Сократ использует греческое слово pharmakon — наркотик — как метафору для писательства, изображая парадокс, согласно которому чтение могло бы быть лекарством, хотя на самом деле является ядом для ума.

Многие греческие и римские мыслители разделяли тревогу Сократа. Подобные опасения озвучивались в III веке до н. э. греческим драматургом Менандром. Он утверждал, что сам акт чтения способен оказывать разрушающее воздействие на женщин. Менандр верил, что женщины страдают от сильной эмоциональности и слабого разума, и настаивал на том, что учить женщину читать и писать — так же плохо, как «подкармливать змею ядом».

В 65 году н. э. римский стоик Сенека утверждал, что «чтение большого количества книг — это пустое развлечение», которое делает читателя «растерянным и слабым». Для Сенеки проблема заключалась не в специфическом содержании текстов, а в непредсказуемом психологическом эффекте неконтролируемого чтения. «Будь осторожен, — предупреждал он, — как бы чтение авторов и книг любого сорта не сделало тебя непоследовательным и рассеянным».



В Средние века тема потенциального вреда чтения стала часто фигурировать в христианской демонологии. Согласно последнему выступлению ученого Вашингтонского университета Хея Босмаджиана2, автора книги Burning Books (2006), тексты, которые исследовали церковную доктрину, были названы отравляющими субстанциями, приносящими вред душе и телу. Церковь опасалась, что неконтролируемое чтение может стать причиной ереси, а кощунственные тексты, такие, как еврейский Талмуд, были отправлены на костёр или «были отождествлены с ядовитыми змеями, чумой и гнилью».

Представление чтения как процесса, в котором люди под пагубным влиянием становятся психологически дезориентированными, продолжало влиять на культуру западной литературы в течение каждой последующей исторической эпохи. В 1533 году Томас Мор, бывший Лорд верховный канцлер Англии и жестокий противник протестантской реформы, назвал публикацию текстов, написанных протестантскими богословами (например, Уильямом Тиндейлом (1494-1536)), «смертельным ядом», который угрожал заразить читателей «страшной чумой». На протяжении XVII и XVIII веков такие термины, как «нравственный яд» или «литературный яд», часто использовались для привлечения внимания к способности письменного текста отравлять организм.

С появлением романа в эпоху нового времени риски, связанные с влиянием чтения на состояние ума читателя, стали частым источником опасений. Критики романа утверждали, что его читатели рискуют потерять связь с реальностью и, как следствие, станут уязвимы к серьёзным психическим заболеваниям.

Английский эссеист Сэмюэль Джонсон утверждал, что литературный реализм, а в частности, его склонность затрагивать вопросы повседневной жизни, имеет коварные последствия. В своей работе 1750 года он предупреждает, что «точное описание живого мира» гораздо опаснее предшествующих реализму «героических фантазий». Но почему? Потому что оно напрямую затрагивает опыт самих читателей, а значит, имеет возможность влиять на них. Что беспокоило Джонсона — так это то, что реалистическая литература, направленная на впечатлительную молодежь, не даёт ей моральных указаний. Он также критиковал литературу романтиков за смешение «хороших и плохих» качеств персонажей без указания, какие из них заслуживают подражания, а какие — нет.

Провокация деструктивного поведения может нести особенный риск для женщин. Философ Жан-Жак Руссо в своем романе «Юлия, или Новая Элоиза» (1761) писал, что в тот момент, когда женщина открывает роман и «осмеливается прочесть хотя бы одну страницу», она «потеряна».

Примерно в том же духе в 1780 г. журнал The Lady's Magazine предостерегал, что романы — «мощное изобретение, с помощью которого соблазнитель атакует женское сердце». Речь, конечно, шла о популярных бестселлерах, таких как «Памела», или «Вознаграждённая добродетель» Самуэля Ричардсона (1740) — романе о 15-летней девушке и её противостоянию соблазнам, которое в конце вознаграждается свадьбой. Выносившие такие предупреждения, не сомневались в том, что из-за таких книг женщины рискуют стать одурманенными безудержными сексуальными страстями, поскольку особенно подвержены сильному эмоциональному возбуждению.

Роман как литературный жанр был центром нравственной паники в Англии XVIII века. Романы критиковали за провоцирование как индивидуальных, так и коллективных форм психологических травм и моральной дисфункции. В конце XVIII века понятия «эпидемия чтения» и «мания чтения» использовались одновременно для обозначения и осуждения распространяющейся опасной культуры бесконтрольного чтения.

Представление чтения как «коварной заразы» часто сопровождалось обнаружением иррационального деструктивного поведения. Наиболее тревожным проявлением эпидемии чтения была ее способность провоцировать акты самоповреждения, в том числе самоубийства, среди впечатлительных молодых людей. Роман Иоганна Вольфганга Гёте «Страдания юного Вертера» (1774) — история о неразделённой любви, приведшей к самоубийству — был широко осужден за якобы провокацию массовых самоубийств по обе стороны Атлантики подражателей главного героя.

Несмотря на то, что эти утверждения имели мало общего с реальностью, они нашли поддержку в работе богослова Чарльза Мура, опубликовавшем увесистое двухтомное исследование «Полный обзор феномена самоубийства» (1790). В своем анализе Мур утверждал, что Вертер был ответственен за провоцирование волны самоубийств среди многих его молодых читателей. Несмотря на отсутствие прямых доказательств, исследование Мура помогло провозгласить наличие связи между чтением романтической литературы и актами самоповреждения. Включение Муром Вертера в рамки «научной» литературы о самоубийствах стало наследием, на которое другие стали ссылаться.

Огромное шеститомное исследование «Полная система медицинской полиции», опубликованное немецким врачом Иоганном Петером Франком с 1779 по 1819 год, предложило комплексный обзор проблемы самоубийства. Среди многочисленных причин самоубийств Франк перечислил «нерелигиозность, разврат, безделие, расточительность и сопутствующая ему нищета, но особенно — чтение отравляющих романов», таких как Вертер, позиционировавших самоубийство как «героическое проявление презрения к делам земным».

241584053.jpg
Пассажиры московского метро

В конце XVIII — начале XIX в. наука была призвана подтвердить опасения о вреде чтения для здоровья. В своих «Медицинских исследованиях и наблюдениях за заболеваниями разума» (1812) — первом американском тексте по психиатрии — Бенджамин Раш, отец-основатель США, отметил, что книготорговцы особенно подвержены психическим расстройствам. Переводя древние предупреждения Сенеки на язык психологии, Раш сообщал, что издатели склонны к психическим заболеваниям, поскольку их профессия требует «частого и быстрого переключения внимания с одного субъекта на другой».

Одним из результатов массового появления читающей публики в XIX веке стало распространение опасений вредных медицинских и моральных последствий чтения популярной литературы. В 1851 году немецкий философ Артур Шопенгауэр назвал «плохие книги» «интеллектуальным ядом, уничтожающим разум»: Der Bastard Карла Шпиндлера (1826), Godolphin Эдварда Бульвер-Литтона (1833), Парижские тайны Эжена Сю (1843) — все эти книги, казалось, представляли риск. Шопенгауэра очень беспокоила популярность этих романов. Он связывал её со снижением культурного вкуса, которое, в свою очередь, имело отравляющие последствия для ума.

В течение XIX века консервативные критики популярной литературы часто утверждали, что читатели прямым образом были «инфицированы» сантиментами через чтение романа. Отождествление с заразой было не просто метафорой: поглощение «загрязнителей» ассоциировалось не только с умственным, но и физическим актом. С этой точки зрения, чувства могли быть «подхвачены» как обычная простуда, и во многих случаях это могло привести к травмирующим психическим заболеваниям или даже состояниям, которые заканчиваются актом физического самоуничтожения. Хотя Вертер был написан в 1774 году, его по-прежнему обвиняли в подстрекательстве своих молодых впечатлительных читателей совершать самоубийства вплоть до конца XIX в.

Во второй половине викторианской эпохи медикализация и морализация чтения получила новый толчок в ответ на резкое распространение так называемых сентиментальных романов, начиная с превосходной и опустошающей «Мадам Бовари» (1856). Великий роман Гюстава Флобера рассказывает о жене врача, которая прелюбодействует в погоне за страстью и чувствами, что, в конечном счете, лишает ее жизни. После выхода этого шедевра началось массовое производство дешёвых бульварных «ужастиков», издаваемых с целью причинить боль не менее серьёзную, чем от физического заболевания.

241674940.jpg
Гроссмейстер Анатолий Карпов

В 1875 г. нью-йоркское Общество подавления порока опубликовало доклад, написанный американским моралистом Энтони Комстоком, в котором он осуждал «хитрость и коварство» продавцов непристойных материалов, которым «удалось заразить разрушительным вирусом невинную и чистую молодёжь, и если не противостоять им, они и вовсе поселят в организме смертоносную болезнь…». «Охраняйте с особой бдительностью свои библиотеки, шкафы, переписки своих детей с друзьями, ведь зараза может дойти до вас и омрачить чистоту и невинность вашего дома» — обращался Комсток к родителям и учителям.

Призыв Комстока к родителям читать письма своих детей и следить за тем, что они читают, был не просто выражением викторианской одержимости противостоянием нравственному загрязнению. Подобно современным требованиям о добавлении специальных предупреждений, требование Комстока основывалось на убежденности в том, что сомнительные тексты представляют серьезную угрозу психическому здоровью читателя.

Моралисты, опасавшиеся злонамеренного влияния текстов, пришли к выводу, что цензура может послужить эффективным эквивалентом карантина. Например, в 1929 г. Джеймс Дуглас, редактор издания Sunday Express, назвал авторов, которые продвигали нравственную «дегенерацию», прокажёнными. Его целью было заставить общество «очиститься от этой проказы».

Несмотря на устрашающие атаки, читающая публика весело проигнорировала предупреждения об опасности для здоровья, выраженные их начальством. На протяжении большей части нового времени люди обходили цензуру и демонстрировали готовность через чтение отправиться в путешествие к неизведанному. Их открытый подход к чтению был воодушевлен гуманистическими и радикальными культурными течениями, которые утверждали преимущества самого разнообразного чтения.

Развитие массового рынка, недорогой серийной литературы и сентиментальных романов показал, что викторианская мораль не смогла сдержать спрос населения на развлекательную литературу, несмотря на предупреждения о вреде для здоровья. Между тем, в XXI веке именно читающая общественность стремится защитить себя от неблагоприятных последствий чтения. И в этом заключается вся разница.

Сегодня не религиозные пуритане, а студенты требуют, чтобы поэма Овидия издавалась с предупреждением о потенциальном вреде здоровью. Мои университетские коллеги сообщают, что впервые в своей карьере сталкиваются с ситуацией, когда некоторые из студентов просят о праве отказаться от чтения текстов, которые они считают оскорбительными или травмирующими. Такая самодиагностика потенциальной уязвимости отличается от традиционного призыва к моральному карантину извне. Давным-давно патерналистские цензоры сделали читателей инфантильными, настаивая на том, что литература представляет собой серьезную угрозу для здоровья. Теперь молодые читатели сами становятся инфантильными, настаивая на том, что они и их сверстники должны быть ограждены от вреда, причиняемого текстами.

239107003.jpg
Посетитель в универсальном зале Омской государственной областной научной библиотеки имени А. С. Пушкина

Кампания, выступающая за введение предупреждений, представляет собой попытку защитить уязвимых и беспомощных людей от любых потенциально травматических и вредных последствий чтения. Те, кто выступают против или безразличны к этой кампании, осуждаются как согласные с маргинализацией слабых. Как это ни парадоксально, цензура, которая когда-то служила инструментом для утверждения господства власть имущих, теперь трансформируется в оружие, которое можно использовать для защиты слабых от психологического вреда.

Часто сторонники предупреждений привлекают внимание к себе и собственным чувствам. Их аргументы нацелены более на собственное состояние, чем на объективную оценку смысловой нагрузки текста. Сторонники предупреждений совершенно безразличны к литературным достоинствам или содержанию текста, который они хотели бы издать с предупреждением о потенциальном вреде здоровью. Их беспокойство вызывает убежденность в том, что, если читатели не готовы к неожиданным переживаниям, возникающим в результате их чтения, они могут получить психологический ущерб.

Сдаётся, однако, что любые сообщения о психологическом ущербе от чтения текстов основаны на анекдотичных, а не серьёзных опытных свидетельствах. Как писал психолог Гарвардского университета Ричард Макнелли в своем обзоре последнего исследования для журнала Pacific Standart в прошлом году: «Использование предупреждения о триггерах не просто недооценивает стойкость большинства лиц, перенесших психологическую травму, оно может послать неверный сигнал тем, кто страдает от посттравматического синдрома».

Ключевая проблема, поднятая в ходе дискуссии о предупреждениях, имеет отношение не к психологии, а к культуре. Она подчеркивает чувствительность к уязвимости и минимизирует способность к сопротивлению. Именно поэтому студенты, которые активнее остальных борются с «опасной литературой», могут оказаться просто личностями, неспособными самостоятельно справиться с тревожным материалом.

Однако есть один аргумент, в пользу борцов за триггерные предупреждения. Не зря чтения опасались на протяжении всей истории. Это действительно рискованная деятельность: чтение обладает силой, захватывающей воображение, оно может спровоцировать эмоциональное потрясение и привести человека к экзистенциальному кризису. Многие открывают книгу, чтобы испытать волнительное чувство путешествия в неизведанное.

«Может ли кто-то прочитать «В поисках потерянного времени» Пруста, или «Анну Каренину» Толстого, не переживая слабость на самых глубинных уровнях своих сексуальных чувств?» — поинтересовался литературный критик Джордж Стайнер в своем труде «Язык и молчание»: эссе (1958-1966). Чтение застаёт нас врасплох и предлагает опыт, который мы едва сможем проконтролировать; оно играло и продолжает играть важнейшую роль в поиске смысла существования человечества. Именно поэтому оно вызывает страх.

Швейцария готова к концу цивилизации

11180776.jpg

Например, по всей Швейцарии можно встретить тысячи фонтанов, питаемых природными источниками. Цюрих знаменит своими 1200 фонтанами, в том числе достаточно красивыми и изысканными, но реальную картину показывают бесчисленные маленькие, простые фонтаны в каждой швейцарской деревне. Несмотря на свою простоту, в случае разрушения системы центрального водоснабжения эти фонтаны предоставят децентрализованную и надежную систему обеспечения всех питьевой водой.

DSC_1056.jpg

Швейцарская политическая система также децентрализована. Если с центральным правительством что-нибудь случится, швейцарцы могут даже этого не заметить. Горы и долины также означают, что швейцарские города и деревни географически независимы, хоть и соединены паутиной надежных коммуникаций.

Несмотря на длящийся с 1815 г. мир, Швейцария готова к войне. Швейцарские мужчины (а возможно, в будущем это будет касаться и женщин) обязаны отслужить в армии (кто не может, тот платит специальный налог), что создает надежный резерв подготовленных граждан, способных нести службу в случае чрезвычайной ситуации.

Швейцарцы сотни лет рыли в Альпах тоннели, создавая бесчисленные тайные укрытия для людей и припасов.

Еще одним примером того, насколько до смеха хорошо подготовлены швейцарцы к любым угрозам, служит существование тайных гидроэлектростанций, построенных внутри несообщаемых гор, так что в случае массовых бомбежек у них все равно будет электричество. И не забывайте, что это то, чего швейцарское правительство от нас не скрывает. Считается, что по стране разбросано еще больше фортификационных сооружений и секретных полезностей.

fountain3-225x300.jpg

Помимо тысяч военных бункеров, пронизывающих швейцарские горы, существует еще несколько сотен тысяч частных и публичных бомбоубежищ, крупнейшее из которых может вместить 20,000 человек. Некоторые из крупнейших сооружений были выведены из эксплуатации и даже превращены в музеи, но не стоит сомневаться, что они могут быть быстро перепрофилированы. По мере того как швейцарцы продолжают совершенствовать свою и так фантастическую железнодорожную систему, стандартной практикой стало превращать старые железнодорожные тоннели в безопасные убежища.

Помимо гидроэлектростанций, убежищ и запасов провизии, под землей у швейцарцев также есть библиотеки, готовые к перезагрузке цивилизации:

«В другом подземном бункере хранятся подробные инструкции по созданию устройств для чтения всех известных форматов хранения данных, включая даже старые форматы, такие как дискеты, так что если эти знания будут утрачены, будущие поколения все равно смогут расшифровать наши устройства хранения данных, чтобы верно считать содержащуюся в них информацию. По сути, ученые, участвующие в этом проекте, попытались создать «Розеттский камень» форматов данных и используют для хранения этих знаний удивительно безопасный швейцарский бункер».

Швейцария известна как место хранения богатств во времена кризиса, и это справедливо и сегодня, с некоторыми оговорками. «Старые деньги» хранят свое золото в тщательно охраняемых швейцарских банках, тогда как новые хранят свои биткойны в швейцарских подземных бункерах, способных выдержать как ядерную, так и кибератаку:
c8c37da13b0a2cdd3341ed97ba47639f.jpg

Неудивительно, что Нассим Талеб (Nassim Taleb) любит Швейцарию, ведь эта страна сделалась антихрупкой, чтобы пережить черных лебедей краха цивилизации.
Автор: Алекс Табаррок

Итак, конец европейской цивилизации уже не за горами. И швейцарцы к этому почти готовы. Хотя мне кажется, что это не поможет.


887813.jpg

Едва отзвучали торжественные нотки завершения выборов президента в России, едва пришли первые поздравления от адекватных лидеров Путину, как консолидированная "общим горем" Европа, пошла в атаку.
Нет, ну кто бы сомневался, что ЕС выступит единым фронтом, после того как Путина набрал 77% голосов. Это же уму непостижимо - такая народная поддержка западным политикам только снится. Вот и бесятся. Хотя, нет, бесятся они совершенно по другому поводу...

Конечно, выборы в РФ - это очередной раздражающий фактор для США и Ко. Но, они, с высокой вероятностью, знали, кто победит...
Раз за разом убеждаюсь. Там не дураки сидят. Там сидят люди, которым чужды понятия морали и честности. Лицемерие правит бал пропаганды. И это уже не англо-саксонская прагматичность, это гораздо страшнее.
Итак. ЕС подумал, консолидировался и теперь требует от России в ультимативной форме, немедленно, вот прямо сию минуту, дать ответы по инциденту в Солсбери.

В общем, пора нашим дипломатам бежать на ковер к Западу и, расшаркиваясь, безотлагательно отвечать на вопросы Британии. Кто, где, когда? Мол, нечего РФ прятать иголку правды в стоге лжи (министр Джонсон, весьма красноречив в своих оборотах).

В эту же копилку брошено требование о предоставлении ОЗХО (Организация по запрещению химического оружия) всех фактов по программе создания и использования газа "Новичок". Россия же уже ответила?
Делайте официальные документы, подавайте запросы по официальным каналам. Все остальное - треп.

А так, либо Британии придется предоставить неопровержимые доказательства причастности России к отравлению Скрипаля, либо извиняться, в дальнейшем, за тонны лжи, выброшенные в медиа-поле.

Нет! Западу нужно чтобы Россия прогнулась, пришла и начала оправдываться. Им кровь из носу нужно показать, что они рулевые... Хотя, стоп!

Путин подписал приказ о мобилизации российских граждан пребывающих в запасе! Что это значит? Правильно. "Хочешь мира, готовься к войне". Нашего президента глупым не назовешь... Это что же получается? Мда...
Они что там в Европе, с ума все посходили? Похоже США собирается руками Европейцев развязать войну?

Знаете, после последних нескольких лет и тех нападок, что были на Россию, я уже ничему не удивляюсь.

Вот только, кажется мне, отсидеться американцам в стороне, в этот раз не получится.

Может, конечно, войны и не будет. Но риторика и действия Запада, заставляют готовиться нас к самым неблагоприятным сценариям, в которых (как показали последние события) возможно все...

Хотя, с высокой вероятностью все эти нападки - инфоповод для ввода очередной порции санкций. А там и отказ от "Северного потока - 2" маячит и попытки экономического удушения России.

Все таки, против ядерной страны войну начинать - это путь в один конец.
Источник
 

Комментарии

Ваш адрес электронной почты не будет общедоступным. Мы будем использовать его только для связи с вами, чтобы подтвердить ваше сообщение.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru
Сверху